— Тогда… похоже, — услышал он свой собственный голос, доносившийся словно откуда-то издалека, — что мне и впрямь пора начинать думать о том, чтобы обзавестись… истинной королевой.

Сдавленный возглас Росаны ясно показал, насколько больно ей было слышать от него эти слова.

— Я… Я рада, что вы заговорили об этом, милорд, — промолвила она тем не менее, взяв под контроль свои чувства. — Я бы солгала, сказав, что больше не питаю к вам любви, и вы знали бы об этом лучше, чем кто-либо другой. Но мы оба должны продолжать жить своей жизнью. Я сделала все необходимое, чтобы устроить свое собственное будущее и будущее Альбина. И также… осмелилась позаботиться и о вас. Если… если вы соблаговолите выслушать меня, то, по-моему… я подыскала вам подходящую королеву.

— Ты подыскала…

Потрясенный и оглушенный, он отвернулся от нее, отнюдь не отрицая тем самым ее предложения, — ибо устами Росаны говорила истинная любовь, недоступная пониманию простых смертных, — но Келсон был вынужден признать, что отныне их отношения стремительно переходили ту грань, откуда не будет возврата. Больше не было надежды на примирение, и он ничего не мог с этим поделать.

— Неужто надежды совсем не осталось? — прошептал он.

— Никакой, — сурово, без эмоций отозвалась она. — Однако должна быть надежда для Гвиннеда. А для этого у вас должны родиться сыновья. Если… Если вы дадите ей хоть самый маленький шанс, то, полагаю, невеста, которую я вам предложу, может прийтись вам по душе.

— Я прекрасно сознаю, что мой долг — дать Гвиннеду наследников престола, — промолвил он. — Что же касается удовольствия для меня лично…

Он печально покачал головой, не в силах продолжать, и дернулся, словно от удара, когда она ласково коснулась его руки.

— О, государь, в вашем сердце так много любви, — прошептала Росана. — Кого бы вы ни взяли в жены, вы должны подарить ей хотя бы толику этого чувства… Ради самого себя и ради Гвиннеда, и ради ваших будущих сыновей, и той женщины, которая даст им жизнь. Иначе ложными будут те клятвы, что вы принесете перед алтарем Господним, а король Гвиннеда никогда не нарушает священных обетов. К тому же… — она отпустила его руку и отвернулась от Келсона, — …та невеста, о которой я веду речь, вам уже знакома. Вы неплохо ладили, когда были детьми.